| Аннотация |
Вхождение новых территорий (Крым, Донбасс, Херсонская и Запорожская области) в состав России осознается обществом как приоритетное направление для интеграции местного населения в
общегражданский российский социум. Вместе с тем, без академического осмысления потенциала этнокультурных ландшафтов этих регионов эти процессы рискуют стать длительными и малоэффективными.
Во-первых, здесь как нигде в другом российском пространстве воспроизводится принцип “единства и многообразия” культур, позволяющий гармонизировать сложные и многовекторные кросс-культурные связи. А, во-вторых, наблюдается некоторое повторение исторических ситуаций: “Новая Россия” стала в свое время уникальным историческим экспериментом формирования вариативности модернизации регионального сообщества, в котором приняли участие как коренные народы, так и аллохтоны (немцы, болгары, евреи и т.д.).
Без учета подобной многоукладности сложно понять феномен стремительного социально-экономического развития Новороссийского края в конце XVIII - начале ХХ вв.
Общественно-гражданская актуальность проекта подчеркивается исключительной научной значимостью - впервые в историографии становится возможным интегрировать усилия как различных полевых гуманитарных дисциплин, так и ряда ведущих центров изучения этнокультурного многообразия новых территорий Российской Федерации. Они представляют собой центральную и восточную часть историко-
этнографического района «Новороссия», «Южная или Степная Украина» или «Северное Причерноморье и Приазовье». Кроме русских и украинцев, которые в отдельных регионах составляли не более трети от общего состава населения, здесь компактно проживали: евреи, немцы, молдаване, болгары, греки, гагаузы, армяне, албанцы и т.д. Отметим, что и внутри всех этих этнических общностей существовали и проявлялись различные социальные, конфессиональные и т.п. групповые различия. Например: среди русских – старообрядцы, молокане, духоборы, мещане, купцы и др.; среди украинцев – крестьяне, казаки, штундисты (будущие – баптисты), райки, мещане и т.д. Для болгар было характерным сохранение специфики своих предыдущих мест жительства, а для немцев – наряду с этим еще и религиозных особенностей (меннониты, католики, протестанты). При этом, все вышеперечисленные общности создавали органический вариант региональных культуры, в котором воспроизводилось как общие тенденции в развитии, так и своеобразие каждого из сегментом этнокультурной палитры.
Современное состояние этнокультурной ситуации, этнокультурные ориентации и запросы населения станет специальным системным предметом научных исследований. Если ДНР и ЛНР изучается специалистами Института антропологии и этнологии им. Н.Н. Миклухо-Маклая РАН, УН Центра социальной антропологии РГГУ, Донецкого госуниверситета (Центр этнополитической реабилитации), то Херсонская и Запорожские области пока остаются вне поля зрения исследователей. Научное сообщество отмечает дефицит и нехватку эмпирических данных о фактическом состоянии и рисках в
этнокультурной сфере, так и нет понимания реального запроса населения на этнокультурное образование и изучение родных языков. Так, например, никто не рискнет оценивать состав и структуру населения –
последняя перепись была проведена в 2001 г. При этом, очевидны риски, которые проявляются и которых возможно избежать в последующем. Результаты исследования позволят не только получить современную картину этнокультурной ситуации в регионах, но и позволят подготовить практические рекомендаций для специалистов в области реализации национальной политики.
|
| Приоритеты научно-технического развития |
д) противодействие техногенным, биогенным, социокультурным угрозам, терроризму и экстремистской идеологии, деструктивному иностранному информационно-психологическому воздействию, а также киберугрозам и иным источникам опасности для общества, экономики и государства, укрепление обороноспособности и национальной безопасности страны в условиях роста гибридных угроз;
|
