| Аннотация |
В рамках проекта предполагается решение двух стратегических задач:
- Научное издание источников раннего славянофильства, имеющих, преимущественно, историософское содержание.
- Осмысление (включающее реконструкцию, но ею не ограничивающееся) историософских идей ранних славянофилов. Источники, о которых идет речь, — это, прежде всего, произведения А.С. Хомякова, а именно, «Записки о всемирной истории» (так называемая «Семирамида» -- труд очень большого объема, занимавший три тома в 8-томном дореволюционном собрании сочинений и с тех пор полностью никогда не переиздававшийся), «Письмо к Бунзену» (на французском языке), представляющее возвращение к темам «Семирамиды» двадцать лет спустя (в 1859 г.), переписка Хомякова с Вильямом Пальмером (на английском языке), а также с другими лицами (на английском и русском языках), косвенно вовлеченными в эту переписку (особенно близко касающуюся места русского в европейском; это также до сих пор недостаточно оцененный источник по русско-английским связям периода от начала 1840-х гг. до первых лет после Крымской войны включительно), а также произведения Хомякова, связанные с новозаветной историей. В большинстве случаев речь идет о первой научной публикации. Предполагается также осуществить полное критическое издание статей И.С. Аксакова из газет «День», «Москва» и «Русь», посвященных русско-польским взаимоотношениям, характеризуя которые в 1860—1880-е гг., признанный лидер пореформенного славянофильства в тот период не только применяет к анализу текущего историко-политическом материала инструментарий ранних славянофилов и их теоретические
историософские обоснования, но и углубляет и развивает последние.
Осмысление историософских взглядов, сформулированных в изучаемых источниках, строится по следующей схеме:
1. Выявление всех типов источников, которые повлияли или могли повлиять на формирование тех или иных идей. Тут речь не только о различных прецедентах идей, но и о выявлении тех идей, с которыми славянофильские авторы спорили, не всегда обозначая это эксплицитно. Одним из важных результатов такого подхода является выявление той интеллектуальной среды, с которой Хомяков и другие славянофилы соприкасались или даже, в некоторых случаях, тесно взаимодействовали. Это, как правило, были заметные общественные деятели, которые одновременно могли быть видными учеными или богословами. Также на этом этапе выясняются пределы научной эрудиции Хомякова: оказывается возможным довольно точно установить, кого из теоретически доступных ему специалистов по древней истории и древним языкам, а также по индоевропейскому и семитскому языкознанию он читал, и насколько внимательно.
2. Выяснение того смысла историософских идей славянофилов, который в них был заложен самими авторами в момент появления этих идей. Эта задача всегда сильно осложнена тем, что момент появления тех или иных идей – точнее, их непосредственный исторический контекст, – часто бывает трудно выяснить, поскольку «Записки о всемирной истории» писались в течение нескольких лет и не предполагались к печати, равно как и идеи «Письма к Бунзену» созревали в течение ряда лет, предшествовавших написанию этого письма. Этот контекст помогает понять, чем непосредственно воодушевлялись и на что надеялись Хомяков и его соратники, формулируя ту или иную идею.
3. Анализ рецепции историософских идей раннего славянофильства. Речь идет о той рецепции, которая имела место при жизни ранних славянофилов и в первые полтора-два десятилетия после смерти главных из них, т.е. до 1880-х гг., когда обозначилась довольно резкая граница между «ранним» и «поздним» славянофильством, а также появились яркие мыслители, использовавшие идеи славянофилов, но не разделявшие некоторые из фундаментальных идей славянофильского кружка (в частности, это Н.Я. Данилевский, К.Н. Леонтьев, Т.И. Филиппов). Эта пограничная область, где раннее славянофильство закончилось, уступив место новым явлениям, также является предметом исследования.
|
